Наша страничка на Facebook
Партнёры
США
12.05.2009
РОССИЯ - СТОЛКНОВЕНИЕ ЦИВИЛИЗАЦИЙ

Константин Жгенти, Грузинский институт российских исследований

Жил один замечательный писатель, по имени Редьярд Киплинг, которого в Советском Союзе, несмотря на то, что его «Маугли» читало и большинство детей этой страны, называли «шпионом английских колонизаторов» и «плохим человеком». Именно этот человек сказал коротко и образно то, что другие умные люди в различной форме говорили до и после него – «Восток есть Восток, Запад есть Запад, и им никогда не встретиться». Когда Киплинг говорил это, он, разумеется, имел в виду не географические стороны, а коренное и несовместимое, на его взгляд, различие между восточной и западной цивилизациями, с их ментальными, социальными, культурными, религиозными особенностями и, соответственно, жизненным укладом.

Это высказывание стало еще более актуальным, когда профессор Гарвардского университета Уильям Хантингтон летом 1993 года в журнале «Foreign Affairs» сначала опубликовал статью под заголовком «Столкновение цивилизаций?», а затем издал книгу «Столкновение цивилизаций и передел мирового порядка». В этих трудах он попытался предугадать, какое глобальное противостояние могло заменить конфронтацию между капитализмом и социализмом, незадолго до написания его статьи известную под названием холодной войны (кроме противостояния идеологического, и это противостояние часто называлось противостоянием между Западом и Востоком). Правда, Хантингтоном перечислялись девять цивилизаций, находящихся друг с другом в противоречии (западная, латиноамериканская, африканская, исламская, синтоистская, индуистская, ортодоксальная, буддистская и японская), но основным глобальным противостоянием после холодной войны он считал противостояние между т.н. Западом и остальным миром. Основная суть его, если можно так выразиться, «доктрины» вкратце состояла в том, что остальные цивилизации мира не смогут жить на принципах, признанных, якобы, победившим в холодной войне Западом, поскольку они представляют совершенно различные, не совместимые с Западом, культуры. А в будущем это обстоятельство обязательно породило бы новый, глобальный конфликт. Частью выделенной Хантингтоном ортодоксальной христианской цивилизации предполагается и Грузия, а безусловным лидером этой цивилизации – Россия.

Каждому рядовому историку известно, что в мировой истории с определенного периода существовало и существует государство, которое одновременно является как Западом, так и Востоком, поскольку раскинуто на довольно обширном пространстве Европы и Азии. В нем всегда было и есть авторитарное, недемократичное правление, но в последний период его экономический строй сформировался довольно приближенно к западному.

Наверное, в определенной степени, именно это является причиной того, что правители упомянутого государства постоянно считают себя лидерами государств, типа «очень особых», «выполняющих в истории особую миссию», «третьего Рима» и т.д. Хотя, лично я не считаю, что это имеет только географическую или цивилизационную причину.

С одной стороны, дело действительно касается формирования среди правителей этого государства (и, в результате их пропаганды, среди определенной части населения) всем известного т.н. «имперского мышления», освободиться от которого до сих пор остается невозможным. Однако, с другой стороны, неоспоримым является тот факт, что государственное образование, созданное на значительной части самого большого на Земле континента – Евразии, оказало огромное влияние на развитие истории мира и международных отношений.

Да, речь, разумеется, о России (известной на протяжении определенного периода истории как «Советский Союз»), вся история существования и отношений с другими государствами которой, начиная с эмблемы двуглавого орла (указывающего, между прочим, на господство именно Запада и Востока), заканчивая практической деятельностью, является попыткой с помощью т.н. правления «сильной рукой» доказать возможность если не господства над государствами, представляющими совершенно иные цивилизации, то хотя бы безусловного влияния на них.

19 января 2008 года в информационных средствах появилось заявление начальника Генерального штаба Вооруженных Сил России, генерала армии Юрия Балуевского, которое в полной мере подтверждает вышесказанное.

Вот что сказал «господин» Балуевский в начале 21-го века (!?):

«Мы непременно считаем, что все наши партнеры должны хорошо знать, и никто не должен сомневаться, что для защиты суверенитета и территориальной целостности Российской Федерации и ее союзников (!?) будут использованы Вооруженные Силы, в том числе – превентивно, и в том числе – с применением ядерного оружия (!?)… Военная сила может и должна быть применена для демонстрирования готовности высшего руководства страны…»

Но, если вернуться к разговору о цивилизациях, есть еще одно важное обстоятельство, которое порождает связанный с Россией, на мой взгляд, основной вопрос:

Все-таки, особенности какой цивилизации превалируют в России (точнее, в российской системе правления, формировавшейся веками!) – западной или восточной? И если - восточной (в чем лично я не сомневаюсь), тогда ставится другой логичный вопрос:

Если Запад не смог установить демократии, основанные на западных ценностях, хотя бы в исламской части Востока, сможет ли он сделать это в другой, русской части Востока?

Кажется, ответ на этот вопрос и поныне отрицательный, но, невзирая на это, Запад и его лидеры все никак не хотят поверить, что, исходя именно из ее исторических и психо-культурных особенностей, «одемократить» на западный манер Россию, в особенности, ее систему правления, невозможно (во всяком случае, в течение существования будущих нескольких поколений)! Не могу понять, сколько еще времени должно пройти, сколько правительств поменяться, или вообще – что такого должно произойти в России, чтобы на Западе это поняли! В противостоянии, существовавшем в течение определенного периода истории, в частности, истории международных отношений, между Востоком и Западом, подразумевалось противостояние между не Россией и Западом, а Советским Союзом и Западом. Вместе с тем, весьма симптоматично, что в тот период на Западе же Советский Союз, по большей части, называли именно Россией.

Хотя, когда в политике и политологии появилось известное понятие «геополитики», в разговорах о существующем в мире глобальном противостоянии первые геополитики имели в виду противостояние не между Востоком и Западом, а между т.н. «сухопутными силами» и «морскими силами». Фундамент этому понятию заложила, в основном, «Карта Макиндера», основанная на т.н. «Теории Макиндера». Опираясь на эту же теории, появилось знаменитое выражение: «Тот, кто господствует над «Хартлендом» (т.е. Евразией), господствует над миром».

А этот «Хартленд» с определенного периода мировой истории занимала и занимает именно Россия. И пока развитие научно-технического прогресса, основанное на принципах частной собственности и либерально-экономических и политических принципах, не достигло такого уровня развития военных, информационных и вообще, коммуникационных средств, чтобы довести до минимума значение измерения географического пространства и времени, Россия (которая во всех перечисленных сферах вечно отставала от Запада) успешно доказывала правильность взглядов первых геополитиков.

Широко распространено и признано мнение, что победа в т.н. холодной войне Запада, или «морских сил», или «атлантистов», была обусловлена либеральным экономическим и политическим строем, опиравшимся именно на примат частной собственности, «состязание» с которыми «свело в могилу» основывавшиеся на эфемерных экономических и политических принципах Советский Союз и т.н. «социалистическое содружество», контролируемое его военной силой. Однако, очевидно, тут необходима определенная поправка и размежевание в плане экономических и политических измерений, поскольку и в тот период, и сегодня реальностью является один из величайших и сильнейших представителей восточной цивилизации – Китай, которому все еще довольно успешно удается «сочетать» друг с другом либеральные принципы в экономическом правлении и авторитарные – в правлении политическом.

Несмотря на это, Китай и после условного завершения холодной войны считался явлением особенным, и возник вопрос: готов ли остальной мир жить по принципам Запада, победившего в холодной войне, и согласиться строить новую систему международных отношений, основываясь именно на этих принципах? Хантингтон такую возможность поставил под сомнение, хотя большинство ведущих политиков мира, как оказалось, его мнение не разделило.

Мир, в особенности же его победившая в холодной войне часть, во главе с Соединенными Штатами Америки, пришел в себя, к сожалению, лишь после ужасающего теракта 11 сентября 2001 года, когда основной проблемой международной безопасности был объявлен международный терроризм, а основной целью – борьба с ним. Несколько позднее к этому добавилось и то, что, в результате, невиданного роста цен, в основном, на энергоносители и быстрого развития принципов т.н. «государственного капитализма», Россия накопила колоссальное состояние и возобновила имперское «поигрывание мускулами», как на граничащих с ней территориях, так и на международной арене в целом.

Эти два явления связаны друг с другом следующим образом:

С самого же начала дискуссии об угрозе международного терроризма стало очевидным, что без ясных ответов на несколько основных вопросов будет очень трудно избежать политики т.н. «двойных стандартов» и реально объединить силы в борьбе против этой новой, одной из самых опасных угроз 21-го века.

Главные два из этих вопросов – ясное определение того, что есть международный терроризм, и кто может называться международными террористами.

К примеру: то, что произошло в Афганистане или происходило в Ираке, или происходит в других регионах Ближнего Востока, является только борьбой с терроризмом, или войной за нефтяные запасы? Или, может, это продолжение борьбы за установление влияния в различных важных регионах мира? Подтверждает ли это истинность теории столкновения цивилизаций, или просто ведется борьба за создание новой системы региональной и международной безопасности?

То, что происходит в конфликтных регионах Балкан или бывшего Советского Союза, является проявлением активности международного терроризма, или этого нечто совершенно иное, новое? Может ли международное содружество избежать политики «двойных стандартов» в отношении этого явления со стороны ведущих государств или силовых центров мира?

Если международная общественность действительно договорится о том, что представляет собой международный терроризм, и кто такие международные террористы, у кого хватит решительности и готовности реально и всеми средствами бороться с ними? И что это будет – реальная борьба против действительно международного терроризма или избирательный подход ведущих государств мира к терроризму и террористам?

И в заключение, главное – новы ли поставленные выше вопросы, или они существовали и раньше? Могла ли международная общественность избежать проблем, связанных с упомянутыми, если бы сразу же при возникновении уделила им должное внимание?

По нашему мнению, вполне очевидные и положительные ответы можно дать именно на последний вопрос, поскольку указанные вопросы относятся к числу довольно старых. Международное сообщество могло избежать многих проблем после официального объявления окончания холодной войны, если бы о возможном развитии геополитических и региональных процессов были сделаны правильные выводы.

Вспомним, что было признано главной задачей международного сообщества после окончания холодной войны.

Это – создание новой, свободной рыночной экономики и справедливого и безопасного мирового порядка, основанного на принципах либеральной демократии. Но главное то, что многие страны мира, в том числе – ведущие, а в первую очередь – Россия, сразу же после объявлении завершения холодной войны признавали эту задачу лишь на словах, а на деле действовали совершенно противоположным образом.

По нашему мнению, в то время (и сейчас, но об этом речь пойдет ниже) для Запада, в частности, для США, было чрезвычайно важно признание этой задачи такой страной, как Россия – одного из величайших и сильнейших государств мира, и, что самое главное, бывшего лидера тех сил (под названием Советский Союз), правительства и обустройство которых были, мягко говоря, далеки от упомянутых принципов.

Правительство России в устной форме выразило готовность учитывать упомянутые выше принципы, но лишь на словах и частично, т.е. для «внутреннего пользования» и, в основном, в отношении Китая.

В то время Россия сознавала, что, с точки зрения экономического и политического развития, она еще не была готова стать супер-государством, и что для этого был необходим определенный переходный период.

Так что, когда Россия на словах выступала партнером Америки в формировании нового мирового порядка и борьбе против международного терроризма, в действительности ее цель состояла в использовании этих новых принципов и лозунгов в свою пользу, изначально в Китае и на других территориях стран бывшего Советского Союза, а затем – и в близлежащих регионах.

К несчастью, содействующим фактором для России вновь стала политика тогдашней администрации США и их европейских союзников, которая, как показывает сегодняшняя реальность, оказалась чрезмерно «реалполитической».

Наверное, одним из самых ярких подтверждений сказанного является книга заместителя Госсекретаря США в администрации Билла Клинтона Строуба Тэлбота, в которой четко видно, как пожертвовала администрация Клинтона большей частью внешней политики страны ради демократизации Ельцинской России и включения ее в этом виде в международную систему.

Интересно было бы сейчас спросить господ Клинтона и Тэлбота: что же мы получили в итоге? Включенную в международную систему демократическую Россию? Или возродившееся агрессивное супер-государство, которое, переведя дух, угрожает международному порядку новыми, не менее опасными вызовами?

США оказались не готовы реально оценить намерения России в деле строительства справедливого мирового порядка. Если администрация Джорджа Буша-младшего, в отличие от предшественника (администрации Клинтона), открыто и не называла Южный Кавказ задним двором России, то наверняка считала его такой территорией, где Россия должна была иметь возможность определенных свободных действий. Разумеется, под этими определенными «свободными действиями» никак не подразумевались такие, что осуществила Россия в отношении Грузии (т.е. агрессия августа 2008 года), или что осуществляет сегодня (например, строительство военных баз в Абхазии и Цхинвальском регионе).

И вообще, администрация Буша-младшего сама пыталась увеличить свое влияние в регионе Южного Кавказа, важном для транзита энергоресурсов и, вместе с тем, находящемся вблизи от Ближнего Востока, но делала это совершенно иными методами, нежели Россия, в частности, посредством содействия безопасности и демократическому развитию стран.

Это происходило не только в нашем регионе, но и, к примеру, в Украине (вспомним тему поддержки со стороны США т.н. «цветных революций»), однако, повторюсь, США старались действовать путем политической, финансовой или технической помощи, а не подстрекательством сепаратизма, явным вмешательством во внутренние дела стран, устраиванием провокаций ит.д.

Мы уверены, что после объявления окончания холодной войны именно излишне либеральное отношение к России со стороны Запада сделало проблематичным создание системы международной безопасности нового типа, что, со своей стороны, исключило в регионах (в том числе, в нашем, Южно-Кавказском) даже разговоры о системе региональной безопасности.

А между тем, этого бы не произошло, если б западные политологи и политики, не разглядевшие реальные причины процесса развала Советского Союза, хотя бы после допущенных ошибок просто более внимательно прочли опубликованные тогда «Геополитические основы» некоего Александра Дугина (которые, хочу с благодарностью отметить, в Грузии не были обойдены вниманием определенным кругом людей и весьма оперативно переведены на грузинский язык).

Это я говорю не только потому, что Дугин был лидером одой из националистических партий России и личностью, приближенной к Владимиру Путину. Просто он в своей книге задолго до расцвета неоимпералистической политики путинской России сформировал не только видение того, почему Россия, по его мнению, «временно потерпевшая поражение» в холодной войне с Западом, должна была взять «реванш», но и ее политику в отношении того, с помощью кого и чего этот реванш должен быть осуществлен.

С учетом планов, приведенных в этом «труде», и того, что идеи советников, которые сродни сущности и мировоззрению именно Дугина, совпадали с идеями и делами президента России – офицера КГБ (который не раз открыто заявлял, что «бывших чекистов не бывает»), с полной уверенностью можно было прогнозировать следующее:

- Россия сделает все, для того, чтобы восстановить статус «супер-государства» и «взять реванш» за поражение в холодной войне. - Для этого, в первую очередь, в России было бы необходимо «твердой рукой» навести порядок, что невозможно без овладения всеми браздами правления со стороны т.н. «силовиков» и ограничения демократических процессов. - Во внешней политике по отношению к Западу она использовала бы как традиционные методы – углубление противоречий между Европой и США, шантаж, основанный на сокращении ядерного и обычного вооружения, скрепление альянса против Запада с восточными странами (Китай, Индия, исламский мир) - , так и новые экономические возможности, появившиеся на Ближнем Востоке (например, невиданное повышение цен на энергоносители и рычаги энергетической политики). - В отношении территорий, находящихся у ее границ, в первую очередь, постаралась бы сохранить влияние на территории бывших Советов, как военно-политическими, так и экономическими методами, и для достижения этой цели пошла бы на все. - В этом плане основным оружием России по-прежнему оставалось бы сохранение дестабилизации в конфликтных регионах при содействии сепаратизма и продление там, с поддержки Запада, статуса «миротворца».

- Кроме того, для контроля над бывшим советским пространством Россия также использовала бы рычаги экономического давления (известные принципы «либеральной империи» Чубайса).

Повторяю – все это было написано у Дугина (между прочим, и в «трудах» других русских националистов) совершенно открыто, и, чтобы, читая, это не заметить, надо быть или глупцом, или, очень мягко выражаясь, «слишком ориентированным лишь на собственные интересы».

Только в начале 21-го века, когда Россия, окрепшая в результате невиданного повышения цен на энергоносители, как отмечалось выше, возобновила «поигрывание мускулами», и стало очевидным, что, несмотря на определенную экономическую либерализацию, она вернулась к традиционно авторитарному строю, основанному на силе (к тому же - надолго), на Западе вновь появились «специалисты», которые принялись культивировать следующую мысль. В частности, о том, что «Китай и Россия могут создать экономически развитый, но недемократичный новый «второй мир», и это, возможно, для либеральной демократии американского типа станет привлекательной альтернативой» («Foreign Affairs» июль-август 2007 года, статья Азара Гата). Несмотря на наличие этой новой реальности, Запад, тем не менее, не смог до конца понять, что происходило уже в «новой России». Например, в июльском номере 2008 года журнал «Экономист» в статье, посвященной саммиту «Большой восьмерки», писал что «скатывание» (?) России с демократии к контролируемому государством капитализму понизило политический тон клуба (имеется в виду «Большая восьмерка») » - неужели только это, и ничего более?

Но даже это частичное «прозрение» произошло лишь с определенным кругом политологов и политиков. А другая их часть упрямо повторяла ошибки предшественников. В противном случае, как объяснить «анализ» некоего Майкла Скотта, распространенный через «Ройтер» 31 августа 2007 года, в котором он, помимо собственного мнения, разделял взгляды таких «экспертов», как издатель журнала «Defense Weekly” Питер Фельстед, ведущий научный сотрудник Лондонского института стратегических исследований (LISS), полковник в отставке Кристофер Лангтон, директор Брюссельского центра по вопросам безопасности и обороны Жиль Мэрит. Все эти «специалисты», анализируя возобновление патрулирования российских стратегических бомбардировщиков дальнего радиуса у западных границ, испытание Россией новых ракет дальнего радиуса (которые, по их же информации, менее чем за полчаса покрывали расстояние из одного конца России до другого), рост с 2000 года (т.е. с того времени, как Путин стал президентом) военного бюджета на 40 процентов и рост «агрессивной риторики» российских руководителей, приходили к выводу, что, оказывается, «все это совершенно не опасно для США и Запада» (!?). Поскольку, во-первых, «Россия тратит на военные цели гораздо меньше, чем Запад» (!?), что «ее военные технологии по-прежнему отстают от западных, а если что новое и делается, то оно применяется не для улучшения собственных военных сил, а вывозится на продажу» (!?). Во-вторых, «это делается только для пропаганды к выборам в России». Не знаю, как вы, уважаемые читатели, но лично мне не хватает слов для комментирования «анализа» подобных «специалистов».

На мой взгляд, очень важно то, что эти «специалисты» «проглядели» (сознательно или неосознанно) заявление в тот же период правительства Путина о приостановлении договора по сокращению обычных вооружений в Европе, в случае установки Америкой противоракетных систем в Европе, размещении в Белоруссии ядерных ракет и создании «системы оборонной безопасности» вместе с Китаем и странами Центральной Азии (проведением на территории России первых совместных маневров!). Еще более агрессивной и политически обусловленной стала энергетическая политика России. И в конце - что, очевидно, смешнее всего: упомянутые выше «специалисты» в своих заключениях опирались, оказывается, на данные директора Московского центра стратегии и анализа технологий, господина Руслана Пухова и кремлевского «споуксмэна», господина Дмитрия Пескова (ну, чем не классные и, главное, «непредвзятые» источники?).

Одно по-прежнему очевидно – в большинстве западных подходов вновь наблюдался один «традиционный» момент – «главное, чтобы не дошло до ядерного противостояния, главное, чтобы Россия «не дотянулась» до нас, а по влиянию на «ближнем ей пространстве» «торговаться» можем долго.

Хотя, что говорить об иностранцах, когда в Грузии ответ на вопрос, почему страна действует по принципам, совершенно отличным от «реалполитики», и не учитывает реальных планов России, был и есть абсолютно одинаковый.

Этот ответ традиционно состоит из двух частей. Первая часть, как правило, такова: «Что ты знаешь, «наверху» знают лучше!». Вторая часть звучит приблизительно так: «Да ну тебя, велика важность – Дугин!».

Такие «взгляды», к сожалению, все больше крепли и крепнут, когда с высокой трибуны громко заявляют, мол, «реалполитикам» от нас не поздоровится (!?), или что, оказывается, «реалполитика» мир погубила (!?)».

Да, возможно, и вправду погубила, возможно, хочешь, чтобы им не поздоровилось, однако ведь правила мировой игры по-прежнему опираются на «реалполитику», и когда руководишь политикой страны (особенно, в отношении России), должен думать, в первую очередь, об этом. И как с этим быть?

Статьи по теме
Партнёры