Наша страничка на Facebook
Партнёры
Главная страница
Анализ
22.09.2010
Религиозный фактор и конфликтный потенциал в Грузии

Источник. В 2005-ом году в журнале "Центральная Азия и Кавказ" (3/2005) я опубликовал статью с таким же названием – "Религиозный фактор и конфликтный потенциал в Грузии", в котором попытался проанализировть основные точки пересечения политики с религией в грузинской реальности и возможность возникновения на этой основе конфликтов.

Основным выводом из данной статьи является то, что в Грузии в ближайшем будущем маловероятны конфликты по принципу христианство – ислам и христианство – иудаизм, влияние религии минимально и в этнических конфликтах в Абхазии и Цхинвали. Куда больший конфликтный потенциал обнаружился в отношении Грузинской Православной Церкви и явного большинства населения страны к нетрадиционным конфессиям (протестантизм, католицизм) и особенно сектам (свидетели Иеговы, мормоны и т.п.), что напрямую переплетается с государством и политикой.

За прошедшие пять лет случилось именно то, что и предполагалось:

«Положение усугубляют западные страны, под прикрытием общепризнанной свободы вероисповедания поддерживающие сектантство в Грузии, что может усилить антизападные настроения в грузинском обществе, тем более, что в нем достаточно сильно укоренился страх перед культурно-ценностной интервенцией» - факт, что с 2005 года скептическое отношение грузин к Западу усилилось, и это не в последнюю очередь связано с попыткой режима Саакашвили "перестроить" традиционное грузинское общество, внедрить западные представления и ценности (зачастую в искаженном виде) и навязать обществу новую гибридную этику (если кто возразит мне и скажет, что режим Саакашвили всего этого не делал, в любом случае будет трудно возразить, что значительная часть грузинского общества именно так ВОСПРИНИМАЕТ его политику, что в итоге имеет тот же самый эффект – усиление негативного отношения как к самому режиму, так и к его западным менторам и покровителям).

В указанной выше статье я также описал религиозную политику тогда еще новой власти Грузии – режима Саакашвили. Лично Саакашвили со дня своего избрания в президенты 4 января 2004 года довольно интенсивно эксплуатирует символы, внешние жесты, связанные с религией в византийском духе: он устроил свою инаугурацию в Гелатском монастыре, у могилы Давида Строителя, который считается святым, на инаугурации как и на открытии сессии нового парламента находился католикос-патриарх всея Грузии Илия Второй, который и благословил президента и парламент, Саакашвили неоднократно делал важные политические заявления, находясь в том или ином храме и т. д. Он также шел на немаловажные уступки церкви в имущественных/финансовых вопросах, как царь "даровал" ей те или иные экономические привилегии. Но все эти и другие византийские "замашки" Саакашвили никак не означают, что ГПЦ пользуется поддержкой со стороны государства в главном – в укреплении позиций православного христианства. Считаю необходимым привести еще одну цитату из статьи 2005 года:

«Отношение президента к ГПЦ можно считать некой смесью византийского цезаро-папизма с американским Civil Religion /.../: под данным термином подразумевается "совокупность элементов веры, символов и ритуалов, которая привязывает граждан к политической общности, в конечном счете религиозно легитимирует эту общность в лице ее институтов и представителей" [Brocker M. Zivilreligion – missionarisches Sendungsbewusstsein – christlicher Fundamentalismus? Religioese Motivlagen in der Aussenpolitik George W. Bushs//Zeitschrift fuer Politik, Heft 2, Muenchen 2003, S.122]. При этом Civil Religion утверждает "то видение, которое удерживает нацию как одно единое" [там же. Наблюдается интересная деталь: Civil Religion дает сильные импульсы американскому патриотизму ("самая свободная страна мира" и проч. - см. там же, стр. 123), Саакашвили тоже пытается дать толчок грузинскому патриотизму лозунгами типа: "У нас самый красивый в мире флаг!", "Аджарцы самые лучшие европейцы!"...]. Но вместе с тем многие авторы подчеркивают, что Civil Religion лишь "вера порядка", а не "вера спасения" (каковым является христианство), называя Civil Religion "деистической религией бюргерского сознания" [там же]. Попытка утвердить в Грузии принципы Civil Religion, разбавленные византийскими традициями, даже "с учетом местной специфики", что, по нашему мнению, сегодня имеет место, таит в себе вероятность ответной реакции значительной части общества, которая ориентирована на православие не только как на "личную веру" [ср. актуальные процессы "деприватизации" и политизации религии в Латинской Америке, США и Европе (Willems U., Minkenberg M.: Politik und Religion im Uebergang - Tendenzen und Forschungsfragen am Beginn des 21. Jahrhunderts, 2003, S.14)] и решительно не приемлет импорта ценностей, не совместимых с принципами и ценностной системой православия».

Попытки режима, навязать Грузии Civil Religion усилило противодействие консервативных сил внутри ГПЦ, что происходило на фоне пассивного недовольства общества. Государство путем давления и подкупа некоторых церковных кругов отчасти нейтрализовало это противодействие. ГПЦ не вмешивается в политику, патриарх Илия Второй сторонник осторожной и сбалансированной церковной политики в отношении государственной власти. 26 мая 2009 года, когда огромное количество митингующего за отставку Саакашвили народа пешком пришло к патриарху в Кафедральный собор св. Троицы поддержать их требования, патриарх своей пастве не показался и вместо этого внутри храма (как поговаривают, в алтаре) принял мэра Тбилиси Гиги Угулаву. Авторитет церкви и лично патриарха к тому времени был настолько велик, что одно его слово могло решить судьбу власти в Грузии. То же самое можно сказать о всем периоде митингов с ноября 2007 года по май 2009 года – как оппозиция, так и власть боролись за благосклонность ГПЦ в первую очередь в лице патриарха Ильи.

В такой ситуации режиму было не до того, чтобы насаждать новые ценности, Civil Religion и т.п. Период с конца 2007 до середины 2009 годов можно считать периодом некоторого затишья на идеологическом фронте, что сняло возникавшие ранее напряженности между государством и церковью. На задний план отошли ультра-либералы (из среды которых и вышла нынешняя власть включая Саакашвили и мэра Тбилиси Угулава): жесткий антиклерикал Каха Ломаиа, занимавший пост министра образования, а затем секретаря Совбеза, был "выслан" в Нью-Йорк, в качестве посла Грузии в ООН; с телеэкранов исчез символ ультра-либерализма в Грузии, экс-парламентарий Гига Бокериа, которого перевели на "непубличный" пост заместителя министра иностранных дел; представители главной "кузницы кадров и идей" режима – "Института Свободы" и движения "Кмара" перестали выступать с новыми инициативами и планами и так далее. Другими словами, власть убрала лишние раздражители общества в трудный для себя период ради самосохранения.

То, что наблюдается сегодня в Грузии, трудно объяснить однозначно – является ли активизация ультра-либералов (в том числе и отлученных от церкви непослушных, теперь уже бывших служителей и семинаристов, мигом же перебежавших в окружение "Института свободы", финансируемого Дж. Соросом и американскими государственными грантами) их же инициативой или за этим стоит власть, пытающаяся чужими руками сделать грязное дело и дискредитировать ГПЦ? После указанного выше периода затишья на идеологическом фронте "метеором" выстрелила соросовская организация "Кмара", чей вожак женского пола и примкнувшая к ней горстка бывших священнослужителей и семинаристов, а также самых радикальных представителей ультра-либералов и сексуальных меньшинств наделала много шума, осуществив кампанию, направленную против самого католикоса-патриарха Ильи Второго. В газетных публикациях, в ТВ-интервью, на уличных собраниях эти люди оскорбляли патриарха, называя его "агентом КГБ", при этом размахивая сканированными "документами"; патриарха обвинили и в том, что он "не остановил государственный переворот в 1991 году" и допустил кровопролитие. Очень интересно, что "кагэбэшнику" Илие устами ультра-либералов вменялось (и вменяется) "пророссийская" политика и просто "пророссийский" настрой. И это на фоне "оккупации" – сокрушалась вожак "Кмары".

Это очень важная деталь. В то время патриарх Грузии активировал церковную дипломатию, посетил Москву, встретился с патриархом Кириллом, а также с президентом РФ Д.Медведевым. Илия внятно выступает за русско-грузинский диалог и сближение двух народов (пусть иногда и он тоже говорит об "оккупации", отдавая дань официальной риторике). Вполне вероятно, что такая активность ГПЦ грузинским властям не по душе. В комментариях Саакашвили раздражение по этому поводу скрывалось с трудом. Поэтому возможно, что правы те комментаторы, которые считают, что клеветническая кампания против патриарха инспирирована режимом и не является самодеятельностью отдельных субъектов грузинского общества.

Тут же отметим еще один не менее важный момент: параллельно росту недовольства населения страны Западом граждане Грузии в подавляющем большинстве (более 80%) считают, что так или иначе, нужно урегулировать отношения с Россией – этого не смогли скрыть даже недавние американские опросы, проводимые Международным республиканским институтом (IRI). Это еще не значит, что все эти 80% населения последовательно приветствуют действия той части оппозиции, которая уже ведет диалог с Москвой и что они являются ярыми противниками грузинского режима, однако такой настрой не может не тревожить власть, так как та же цифра – более 80% населения – стабильно уже за многие годы показывает, что население Грузии доверяет Православной Церкви. Поэтому дискредитировать церковь в глазах грузинской общественности скорее выгодно Саакашвили, который понимает, что он уже сжег все мосты и сам не имеет никаких шансов, наладить диалог с Москвой, такой диалог возможен лишь без (после) него. Выгодно потому, что между 80% доверия к ГПЦ и 80% желания вести диалог с РФ есть взаимосвязь. Все больше людей приходит к выводу, что мы с русскими единой веры, православные, и мы найдем общий язык. Эта тенденция существует, ее пока невозможно доказать документально, однако трудно оспорить, если провести частные, доверительные беседы с представителями "простого народа", которые на фоне созданной местными телеканалами антирусской истерии просто боятся публично высказаться более конкретно, чем – "нужно вести диалог с Россией".

Но дело не ограничивается нападками на патриарха как на личность и на ГПЦ как институт. Влиятельная проправительственная группировка интеллектуальных ультра-либералов, под предводительством ректора Гиги Тевзадзе осевшая в Государственном университете им. Ильи Чавчавадзе (новое официальное название этого ВУЗ-а по-грузински: "Илиас университети", т. е. "Университет Ильи") недавно устроила настоящий вызов, граничивший с провокацией, верующим христианам путем презентации книжки одного никому неизвестного незрелого автора, содержащей прямые оскорбления Христа, а также много "сцен" с сексуальными перверсиями. Эта книга издана издательством Бакура Сулакаури, который также издает школьные учебники. Неудивительно, что после этой оскорбительной вылазки ультра-либералов страсти накалились. Молодежное крыло "Союза православных граждан" устроило акцию у здания университета, где случились потасовки с либералами. Этими последними акция протеста православных была оценена как попытка подавления "свободного слова".

Что касается самого "Союза православных граждан". Союз был создан еще до напечатания и презентации указанной выше жалкой книжки как ответ на те процессы, которые мы охарактеризовали выше как попытку насадить Civil Religion. Как бы ни относились к отдельным членам этого союза и его основателям, появление такого общественного движения продиктовано самим временем и является ответом на религиозную политику государства. Промежуточный разгром этого союза государством путем ареста его самых активных молодых членов вследствие устроенной им провокации не может изменить настроя в обществе, даже наоборот, усилит сопротивление натиску ультра-либералов, пытающихся раскачать традиционные ценности и религию. Появление такого союза лишь начало усиления конфронтации, которую можно устранить лишь благодаря изменению государственного курса в отношении религии.

Заключение:

Линия религиозно-идеологической конфронтации в Грузии уже не проходит через православные – другие конфессии / секты. Налицо формирование новых "воинственных атеистов", которые под знамена гражданского общества и свободы слова пытаются подорвать традиционные устои грузинского народа и предположительно пользуются негласной поддержкой государства (а также симпатиями со стороны неправославных конфессий и сект), которое с другой стороны не входит в открытую конфронтацию с церковью. То есть, место имеет противостояние пока еще плохо организованного православного большинства с хорошо организованным атеистически-либеральным меньшинством. Не стоит думать, что грузинские атеисты как таковые находятся в стане атеистов-(ультра-)либералов, это вовсе не одно и то же. Многие из атеистов, если не их большинство, понимает, что православное христианство – основа грузинской национальной самоидентификации, которую нельзя заменять ничем иным.

В целом турбулентные события последних недель лишний раз доказывают, что такая констелляция противостояния содержит в себе достаточно большой конфликтный потенциал, который в итоге создает угрозу государственности Грузии.

Гулбаат Викторович Рцхиладзе,

руководитель Института Евразии (Тбилиси)

Статьи по теме
Партнёры