Наша страничка на Facebook
Партнёры
დიასპორა
02.10.2011
Грандиозный проект Александра Ебралидзе в Абу-Даби и планы в России и Грузии

Политические недруги бизнесмена и мецената Александра Ебралидзе, который после августовской войны 2008 года решил включиться в дело урегулирования русско-грузинских отношений и оказать Грузии помощь в сохранении государственности и экономическом развитии, периодически распускают слухи о том, что у Ебралидзе есть какие-то финансовые проблемы. В Грузии начали тиражировать решение Ебралидзе о продаже гостиницы экстра-класса «Талион», расположенный в центре С.-Петербурга. Действительно-ли Ебралидзе продает Елисеевский дворец из-за финансовых проблем? Этим заинтересовался деловой журнал "Город812", попросивший у Александра Иосифовича интервью.

- Так почему вы продаете Талион?

- Если быть кратким, то причина в одном. В пределах данного пространства – я имею в виду этого дома, который занимает 0,7 га земли и 26 тыс. кв. метров – можно только совершенствоваться. Но нельзя развиваться. А я хочу дальше строить, делать то, что интересно и более масштабно. Поэтому я для себя наметил такое направление, как деревообработка. Сейчас идет строительство заводов, где я буду заниматься строительством деревянных, экологически чистых, дешевых домов. Две очереди уже готовы, строится третья.

- Вы говорите, нельзя развиваться. Для чего же покупатель будет покупать ваш дом?

- Вы трактуете мои ответы не в той содержательной форме, в которой я выразился. Я имею в виду, что развитие ограничено масштабами этого дома. Развития не может быть, можно только совершенствоваться в управлении, структуризации бизнеса. Все самое главное мы сделали.

Процесс структуризации этого объекта шел с 1992 года, в течение 18 лет. Только на последнем этапе строительства и реставрации дома Чичерина для расселения коммунальных квартир было куплено 139 отдельных комфортабельных квартир. В последних квартирах, которые расселяли, жили по 9-10 семей, на 350 кв. метров не было горячей воды, и было выделено только 3 киловатта электроэнергии. Нами было потрачено 20 тыс. евро за один кв. метр. Это цена покупки.

Мы сделали огромную работу.

- Кто это «мы»?

- Мы – это я, мои друзья, коллеги, коллектив. Сейчас пришло время других людей, а мы уходим дальше строить, развиваться.

- Затраты окупились?

- Объект вводился в три этапа. Первый этап – это открытие клуба в 97-м году, второй этап – 2003 год, открытие второй очереди, в том числе 29-ти номеров. По итогам первого и второго этапа при наличии казино это было высокорентабельное предприятие. С закрытием казино и строительством третьей очереди возврат средств возможен только через продажу.

- Тот, кто купит, будет иметь прибыль?

- В качестве ответа приведу пример. В июле у меня в гостях была делегация из Абу-Даби во главе с министром по транспорту и туризму. Это одно ведомство и один министр. Он сказал, что ничего подобного в мире не видел и предложил мне построить такой же комплекс в центре Абу-Даби. Через месяц я получил приглашение и карту с выделенной землей в один гектар и видом на море. До 15 октября мы с коллегами поедем в Абу-Даби и, возможно, начнем строительство комплекса. Вот мой ответ на ваш вопрос.

- Так есть уже потенциальные покупатели у вашего отеля?

- Отель и комплекс зданий – это разные вещи, поэтому сегодня комплекс зданий разделен на 20 кадастров. Соответственно, это 20 отдельных объектов. Переговоры ведутся по продаже отдельных помещений, в том числе и гостиничного комплекса. Я думаю, что это процесс не быстрый, на завершение сделки уйдет от года до двух лет.

- А в Петербурге вы не собираетесь уже ничего строить?

- Это моя мечта – с нуля построить в Петербурге такой гостиничный комплекс на 200-250 номеров, который функционально будет соответствовать гостиничному бизнесу. Поэтому абсолютно все формы и внутреннее убранство наша строительная компания и реставраторы отдельно складируют и тщательно хранят. Я обязательно построю такой комплекс, чтобы поколение знало, что в XXI веке мы можем строить шедевры архитектуры, подобно тем, которые были построены корифеями в XVIII-XIX веках. Возможно, это будет на Васильевском острове, возможно, в Лахте, но обязательно с видом на море.

- Это просто ваши мечты или что-то уже делаете?

- Уже ищу место. Я достаточно медленно все делаю. Поделился с вами желанием, а от желания до реализации – долгий путь. Но такая мечта у меня есть. Сегодня я убежден в наших возможностях. У нас есть большие реставрационные мастерские. Мы можем с нуля делать «новодел» на пустом месте и создавать здания в традициях русского классицизма с элементами барокко или позднего барокко, которые бы передали дух XVIII века. Допустим, Шереметьевский дворец мы восстановили с нуля, в Талионе тоже многие составные части были уничтожены, мы восстановили их.

- А другая ваша недвижимость в Петербурге – что с ней?

- Заканчивается согласование по реставрации Английской набережной-10 – это особняк 1730 года. Там будет наш центральный офис. Если в Талионе площадь 26 тыс. кв метров, то там – около 7 тыс. кв. метров. Соответственно, все будет пропорционально перенесено на ту площадь. Все, что вы видите в Талионе, будет там. Реставрация закончится, думаю, в 2013-м году.

- То есть в Петербурге остается только проект на Английской набережной?

- Да, пока только этот проект.

- А ваш деревообрабатывающий завод – он для кого работает, на Запад или для России?

- Завод – это безотходное производство с объемом 140 тыс кубометров в год. Отходы уходят на пилетное производство, то есть биотопливо. До 20% продукции реализуется внутри России, 80% экспортируется в Западную Европу, Эмираты, Тайвань, США, Австралию. Пилеты экспортируются в основном в Германию.

- Вы радуетесь, что так много за границу?

- Представьте себе, что наша «Лада» экспортируется в Германию. И задайте вопрос: много ли у нас продукции, которая экспортируется в Западную Европу? С гордостью могу сказать, что наша продукция полностью востребована в Западной Европе и даже в США, которые являются родиной производства ЛВЛ (высокопрочный материал из дерева – А.Д.). Технология строительства на западе основана на нашей продукции, там 9-этажные дома строятся из дерева. Представьте себе, что это конструктивный материал, который по своему качеству превосходит металл и бетон и используется вместо металла и бетона!

- А у нас не строят?

- У нас, к сожалению, нет соответствующих ГОСТов, мы еще не дошли до этого технологически, в разрешительной части.

- Экспортировать, наверное, и выгоднее?

- Экономика в этом есть, несомненно, даже учитывая, что цена на сырье – дерево – очень выросла, а цена на готовое изделие (ЛВЛ) упала до 30 % во всем мире. Вообще, если судить по той реализации, которую производим мы, могу подтвердить, что западная экономика находится в кризисной ситуации. Строительство ведь главный показатель состояния экономики. В Европе строит прежде всего Германия. Также мы начали активно сотрудничать с ОАЭ, Австралией и Тайванем. Вот где есть луч света в темном царстве.

- В России тоже строят…

- У нас строят, но в основном жилье, которое реализуется на основе ипотечного кредитования. Через какое-то время – год, два или пять – любой сбой с возвратом денег приведет к большим недоразумениям.

- Ну а на рынке элитной недвижимости?

- Я нахожусь в очень узком секторе, я не эксперт. Я просто высказал свое мнение, которое, может, ошибочно. Я делаю то, что умею. Если считаю, что я не компетентен в какой-то области, то не могу комментировать ее.

- Вы продаете отель из-за смены губернатора?

- Когда меня спрашивают, почему у меня со всеми губернаторами складываются нормальные отношения, я отвечаю – я всегда просто работал. Что же касается Георгия Сергеевича Полтавченко, то это глубоко порядочный человек, с которым я лично знаком.

- Считается, что строить в центре Петербурга без поддержки власти невозможно?

- «Талион» - очень сложный объект. И я больше не хочу заниматься такими проектами в центре города. Сложный в том числе и потому, что власть все время находится под давлением градозащитников и общественных организаций. Если б не было поддержки власти, реставрация и реконструкция этого дома никогда не была бы закончена. Не понимаю, что движет этими людьми? Различные общественные деятели используют критику действующих проектов исключительно в личных целях, которые прикрыты высокими словами. Достаточно одного примера: из всех критиков только два человека – господа Марголис и Мильчик – были здесь. Я их мнение очень ценю, они в итоге во многом помогли нам. Других критиков я не видел как до, так и во время и после строительства.

Я сделал, что сделал, считаю, что этого достаточно. Думаю, наш опыт реставрации можно использовать, как пилотный проект. У меня скоро будет встреча с Георгием Сергеевичем, где я, несомненно, поделюсь мыслями и суждениями по этому поводу.

- А что Марголис и Мильчик – вы с ними подружились?

- Они профессионалы своего дела. Сейчас мы сотрудничаем, и я надеюсь, они помогут нас с проектом на Английской набережной. Раньше я хотел сделать там 12 тыс кв. метров, но они убедили меня не менять масштаб и форму строения. Поэтому все останется в прежних пропорциях. Это их заслуга. Если бы диалог с ними состоялся раньше, я думаю, мы могли бы сохранить флигель 18-го века в «Талионе», который разрушили ввиду его ветхого состояния.

- Почему раньше не начали диалог?

- Магомет не шел к горе, и гора не считала нужным идти к Магомету! Но в какой-то момент они сблизились.

- Конфликты с градозащитниками касались бассейна на крыше?

- Не только. Один из так называемых градозащитников обвинил нас в том, что мы разрушили весь фасад дома. Говорил в прессе, выступал по ТВ, очень уверенно вел себя. Это интересно, когда такие люди выступают – я думаю, либо они ненормальные, либо такие актеры хорошие. Другого объяснения у меня нет. Этот человек так убежденно говорил, что даже я, слушая его, начал сомневаться, не разрушил ли я его на самом деле?

- А бассейн?

- Бассейн был камнем преткновения в том числе. Но теперь он никому не мешает: он сделан так, что его ни с одной точки не видно, он стоит в нейтральной зоне, пересечения с декорами 18-го столетия нет. «Нейтральная зона» значит, что он стоит во дворе в его вертикальной части, где для него специально построен фундамент. Ни слева, ни справа нет никаких помещений.

Мне остается только улыбнуться и пригласить всех жгуче говорящих людей и показать им это. Но их нет.

- Вы собирались в президенты Грузии. Это ваши единственные политические планы?

- Никаких планов, кроме одного – постараться изменить антироссийскую, более того, антигрузинскую политику действующего президента Грузии под фамилией Саакашвили.

- Знаете, как это сделать?

- Для этого грузинская власть должна дать мне гражданство. Но они правильно меня оценивают, знают, что если сделают это, то поражение действующей власти Грузии неизбежно.

- И вы пытаетесь воздействовать на ситуацию в Грузии извне?

- Нельзя. Это не демократично. Надо получить гражданство. Тогда я буду обладать теми возможностями, которые дает Конституция Грузия. Я смогу хотя бы приехать в Грузию, ведь сегодня я в Грузии персона «нон-грата». К счастью для политической власти Грузии.

Статьи по теме
01.05.2010
Партнёры